Духовное мировоззрение народа ир

Народ ир (осетины) переступив черту, отделяющую век ХХ от ХХI века, вступил в новое тысячелетие своей многотысячелетней истории. На пройденном историческом пути он не раз подвергался тяжелым испытаниям. Здесь было все: и радость от блистательных побед и взлетов человеческой мысли, и горечь от тяжелых потрясений и утрат. Тем не менее, несмотря на потрясения, которые не раз разрывали на части единое национальное тело народа ир (ир – ас – алан), ему удалось сохранить свою национальную идентичность, отстоять сакральную часть своей священной родины. В изучении сущности данного феномена, обуславливающего преемственность поколений народа ир, и лежит основное проблемное поле представленной работы.Народ ир (осетины) переступив черту, отделяющую век ХХ от ХХI века, вступил в новое тысячелетие своей многотысячелетней истории. На пройденном историческом пути он не раз подвергался тяжелым испытаниям. Здесь было все: и радость от блистательных побед и взлетов человеческой мысли, и горечь от тяжелых потрясений и утрат. Тем не менее, несмотря на потрясения, которые не раз разрывали на части единое национальное тело народа ир (ир – ас – алан), ему удалось сохранить свою национальную идентичность, отстоять сакральную часть своей священной родины. В изучении сущности данного феномена, обуславливающего преемственность поколений народа ир, и лежит основное проблемное поле представленной работы.Дзанайты Х. Г., доктор политических наук, доктор экономических наук, профессор, директор Института национального развития

В работе рассмотрены сущностные особенности духовного мировоззрения народа ир (ир – ас – алан). Определено место сакрального понятия «агъдау» в духовной эволюции человечества.

ДУХОВНОЕ МИРОВОЗЗРЕНИЕ НАРОДА ИР

Народ ир (осетины) переступив черту, отделяющую век ХХ от ХХI века, вступил в новое тысячелетие своей многотысячелетней истории. На пройденном историческом пути он не раз подвергался тяжелым испытаниям. Здесь было все: и радость от блистательных побед и взлетов человеческой мысли, и горечь от тяжелых потрясений и утрат. Тем не менее, несмотря на потрясения, которые не раз разрывали на части единое национальное тело народа ир (ир – ас – алан), ему удалось сохранить свою национальную идентичность, отстоять сакральную часть своей священной родины. В изучении сущности данного феномена, обуславливающего преемственность поколений народа ир, и лежит основное проблемное поле представленной работы.

Гипотеза настоящего исследования исходит из того, что некогда в эпоху индоиранского и шире индоевропейского единства народов наряду с праязыком существовало прамонотеистическое духовно-нравственное мировоззрение. Данное мировоззрение не исчезло бесследно. И сегодня ее элементы, признаки, изоглоссы в той или иной мере присутствуют в различных религиозных доктринах и мировоззренческих началах народов мира. Поэтому целью исследования не является критика того или иного религиозного учения. Ее цель – определение этапов эволюции представлений человечества о Боге, как о Высшем Разуме, изначально присущем нашему мирозданию, Вселенной и о месте народа ир в этой эволюции. Отсюда, основополагающее значение имеет поиск ответов на следующие ключевые вопросы: особенное и общее в духовном мировоззрении народа ир; первоформа, содержащая духовное мировоззрение народа ир; основные этапы в эволюции представлений человека о Боге – Творце и Божественном Законе (прошлое, настоящее, будущее); первомысль, первоидея, вложенная в сознание и подсознание индивидуума на заре возникновения человеческой цивилизации.

Представленная работа носит ярко выраженный мировоззренческий характер, поэтому выводы в ней содержащиеся не являются ценностно нейтральными. Данное обстоятельство априори предполагает значительную дискуссионность ее содержательной части. Вместе с тем, хотелось бы верить, что изложенные подходы внесут свой позитивный вклад в осмысление извечного вопроса о смысле всего сущего.

ПРАМОНОТЕИЗМ ВЕРОВАНИЙ НАРОДА ИР

В науке общеизвестно положение, согласно которому некогда, в доисторические времена, изначально существовало индоиранское – арийское единство народов. Данная группа была одной из самых многочисленных в Евразии. В эпоху арийского единства господствовал религиозный культ сил и явлений природы. В. И. Абаев условно обозначил эту религию определением «натуралистическая» [1]. «Натурализм» предполагает тесную, непосредственную связь индоиранского учения с окружающим их миром природы. Следовательно, народ ир (ир – ас – аланы) изначально, за тысячи лет до новой эры в основу своего духовного мировоззрения поставил представления об окружающем его мире природы во всем ее многообразии. Таким образом, представители народа ир считали и считают себя неотъемлемой частью мироздания, мировой природы, с которой у них олицетворяется и образ Творца всего сущего – Верховного Бога. Совершенство природы закономерно вызывало благоговение перед Создателем и стремление к его отблагодарению. Но это благоговение не являлось благоговением первобытного дикаря перед природной стихией, оно зиждилось на осознанном, осмысленном восприятии и восхищении Вселенской гармонией.

Человек (народы) в их представлении рассматривался как частица всего сущего, призванная сохранять гармонию мира. Поэтому духовное мировоззрение народа ир не включает в себя эгоцентричных положений, отделяющих и тем более превозносящих человека над миром природы. Житейские проблемы человека были ничто по сравнению с их представлениями о смысле всего сущего.

Наряду с определением «натуралистическая», часто для обозначения особенностей индоиранской духовной традиции, сложившейся в эпоху общеиранского (индоиранского) единства, используется другой термин – «естественная». Таким образом, «натурализм» и «естество» являются одной из ее основных сущностных особенностей. Данная особенность и сегодня выделяет духовное мировоззрение народа ир на фоне религиозных учений, возникших после разрушения индоиранского (арийского) единства. Исторические анналы свидетельствуют, что к основам этого духовного мировоззрения были приобщены в разное время и другие народы, в частности, народы, относящиеся к огромной индоевропейской семье языков. В эту многочисленную семью народов входили и входят, помимо собственно иров иранцы, древние хетты, римляне, греки, кельты, индийцы, славяне, германцы, романские народы, албанцы, армяне и др. Поэтому с некоторыми оговорками можно считать индоиранскую (арийскую) духовную идеологию того времени глобальной идеологией, господствовавшей в среде большей части человечества. Она не разделяла, а, напротив, объединяла миропонимание и мироощущение народов древнего мира. Тем самым, создавались условия для их комплиментарного сосуществования.

Индоиранское духовное мировоззрение изначально содержало в себе элементы дуализма, т. к. сама окружающая среда являет собой классический пример противоборства различных природных стихий. Дуальность мужского и женского начала, как взаимодополняющие друг друга силы, широко представлена в североиранской (ир – ас – аланской) духовной традиции. В последующем дуализм приобрел свои «классические» формы в религиозном учении, основанном Зороастром (Заратуштрой) в VII–VI вв. до н. э. Эпические и философские основы, присущие современным религиям, также изначально зародились в арийской идеологии. Без них ни одна из известных религиозных идеологий не могла бы состояться по определению.

Отправной точкой понимания существа корректировки господствующей многие тысячелетия на евразийских просторах индоиранского духовного мировоззрения следует считать время возникновения и распространения многочисленных религиозных систем: зороастризм, буддизм, иудаизм, христианство, ислам и др. Общий анализ существа идеологической корректировки, произведенной религиями, выявляет принципиальное различие между ними и бесконечно приближает нас к пониманию Истины. Познание внутреннего существа диспозиции – «естественной» или «натуралистической» индоиранской идеологии, с одной стороны, и мировых религий, с другой, позволяет в наглядной форме выявить основное, глобальное различие между двумя подходами к определению Истинного Знания.

Такая постановка вопроса стала возможной вследствие появления различных форм религий, поставивших на первое место человека с его проблемами. Искусственное возвышение человека и так называемых «общечеловеческих ценностей» над природой и мирозданием явилось одной из форм социального мифотворчества. Данные представления были положены творцами религиозных учений, возникших на изломе эпохи древнего мира и новой эры, в их основание. В последующем именно это обстоятельство закономерно привело к переоценке общественных ценностей.

Общеэтические нормы морали, принятые этими религиозными школами по отношению к живой природе, сами собой отошли на второй план. В них попросту не осталось места изначальной Истине, в основе которой находится знание о мироздании. Введение в «натуралистическую» арийскую идеологию элементов социального дуализма, отражающих противоборство различных социальных слоев, классов, явилось началом конца ее золотой эры. Самоутверждение принципиально новых социальных начал в мировых религиях позволило М. Горькому констатировать: «Религиозное мышление возникло не из созерцания явлений природы, а на почве социальной борьбы» [2].

Однако данное положение носит ограниченный характер, под него не подпадает духовное учение, сформировавшееся в эпоху индоиранского единства. В эту эпоху человек воспринимал природу как живой организм, а свою деятельность подстраивал под основные биологические ритмы этого мира. Естественная цикличность ритмов живой природы приводила к размеренному существованию древнейших цивилизаций. Данное обстоятельство во многом обусловливало многотысячелетние временные рамки их функционирования. С утверждением же мировых религиозных учений стала происходить частая, порой хаотичная смена норм морали, этики, а вместе с этим и цивилизационных представлений человеческого общества.

Земля, которая в соответствии с мировоззренческими идеалами народа ир отождествляется с рождающей вечные циклы природы – Богиней – Матерью землей – постепенно утрачивает свою онтологическую сущность. Девальвация ценностных начал в восприятии образа земли привело к формированию исключительно потребительского отношения к ней. Показательным в этом отношении стал весь ХХ век с его многочисленными попытками по преобразованию природной среды.

Техногенная или западная цивилизации явились закономерным следствием воздействия на сознание людей, постулируемых мировыми религиями положений. Вместо естественного, натуралистического восприятия Вселенной, почитания природы, способствующих приведению человеческой жизни к гармонии с великими циклами, рождаемыми ритмами времен года, во главу угла было поставлено благополучие индивидуума. Во многом жизнь человека была провозглашена главной ценностью, а природа, частицей которой является человек, стала восприниматься как вспомогательный объект. Понимание всевластия Времени, как абсолюта всего сущего, было подменено всевластием узко индивидуальных, а значит, эгоцентричных человеческих потребностей. Согласно терминологии Лоуренса, характеризующей состояние общественного сознания в XX столетии, идея и концепция личности, пришедшие на смену широким, древним языческим видениям, сделали все чрезвычайно маленьким и узким [3].

Эпоха Ренессанса, Реформации и Просвещения обусловила ускоренное развитие этих тенденций, приводящих как к значительному изменению облика земли, так и основ существования человеческого общества. Попыткой обосновать и частично восстановить первоосновы духовного учения индоиранцев в эпоху Просвещения следует считать учение деизм (XVII – XVIII вв.). Деисты выводили естественную религию из «человеческой природы» и старались придать ей значение государственного культа [4]. Последователь данного учения английский философ М. Тиндаль считал, что все мировые религии, за исключением христианства, являются искаженной формой естественной религии; но и в христианстве он подверг критике сохранившиеся ложные положения, противоречащие естественной религии, а именно: догматика, библейская мифология и др. [5]. Начиная с XIX века, окончательно сформировавшиеся техногенные цивилизации в корне изменили ход развития человечества. К началу XXI столетия данные тенденции вылились в формирование новых «духовных» ценностей, основанных на развитии исключительно индивидуалистических начал в человеке. Пропагандируемые в современном обществе положения о том, «как стать богатым», «как приобретать друзей», «как сделать карьеру» и т. п. есть проявление последствий корректировки мировоззренческих основ индоиранской духовной традиции, совершенной более 2,5 тыс. лет назад.

Сегодня стало более чем очевидно, что дальнейшее развитие человеческой цивилизации в условиях функционирования мировых религий, которые находятся в прямой, непримиримой конфронтации друг с другом, зашло в тупик. Необходимо констатировать, что религии оказались не способны остановить как безумную гонку вооружений, так и противостоять повсеместному распространению различных форм сектантства, открыто проповедующих извращения человеческой психики. Более того, сегодня именно конфессиональные различия зачастую выступают в качестве главных катализаторов столкновений на этнической почве.

Мировые религии, молодые по своему возрасту (1,5–2,5 тыс. лет), обременены религиозными предрассудками по отношению друг к другу и к так называемому «язычеству». Преднамеренное уничижительное именование индоиранского духовного учения «язычеством», а ее приверженцев – «язычниками», т. е. «не цивилизованный человек», «не христианин», «варвар» и т. д., проводилось в рамках религиозной борьбы, осуществляемой проповедниками христианства, ислама и иудаизма с арийской идеологией, которая на протяжении тысячелетий господствовала в Евразии. В итоге данное обстоятельство привело к разрушению плюралистического общества древнего мира. Вместе с тем, обозримая история развития человеческой цивилизации свидетельствует о том, что именно в ту эпоху были созданы непревзойденные произведения как материальной, так и духовной культуры, сформированы многочисленные научные и философские школы, отличающиеся своей веротерпимостью.

Нельзя игнорировать то обстоятельство, что фундаментальные основы всех наук, каноны юридического права, политические системы и теории были осмыслены далеко за чертой нового летоисчисления. Произведения искусства древности обладают особой цельностью, красотой, совершенными пропорциями, которых современные поколения либо уже не знают, либо многое, утратив, далеко от них отошли. В отличие от сегодняшнего времени человек в те времена не пребывал в таком противостоянии с миром. Поэтому современные представления о наивной простоте, примитивности людей и этносов, принадлежащих к древним цивилизациям, нельзя считать оправданными.

В этой связи представляет определенный интерес тот факт, что в 1973 г. в Исландии признали в качестве официальной религии культ Асатру (верность Асам). В ее рамках разрешено заключать браки и давать имена детям. Особо следует подчеркнуть, что среди ее приверженцев значительное место занимают высокопоставленные дипломаты, чиновники, влиятельные бизнесмены. В 1988 году в Британской Палате Милосердия был зарегистрирован «Ритуал Одина», как религиозное благотворительное общество [6], [7]. Германские религии также пытаются приспособить к сегодняшним реалиям духовное учение, сформировавшееся еще в эпоху викингов. В России XXI века множится число общественно-политических движений, партий, утверждающих необходимость обращения к интегральному традиционализму, к основам традиционных конфессий.

Народ ир (осетины), как уже было сказано выше, по сей день остается открытым приверженцем индоиранского духовного мировоззрения, сформировавшегося в доисторические времена. Данное обстоятельство имеет всемирно-историческое значение в текущий период, когда многие народы мира в поисках разрешения глобальных межцивилизационных противоречий, с которыми они столкнулись на рубеже второго и третьего тысячелетий, обратили свой лик и свои помыслы к духовным основам североиранской культурной традиции.

Основное, отправное положение, взятое нами за основу, заключается в том, что Бог – Всевышний есть Истина, совершенная абсолютная Истина, существующая вне воли и желаний человеческого разума, довлеющая над ним и управляющая всем мирозданием. Истина по определению не подлежит изменению, развитию, новой трактовке со стороны человеческого общества, человеческого мышления. То есть Истина по своей природе неизменна. В этом смысле нельзя не согласиться с Е. Блаватской: «Нет религии выше Истины» [8]. Весь вопрос в том, способна ли религия и соответственно религиозные иерархии, во-первых, постичь; во-вторых, нести эту Истину.

Знание о Боге – Истине, как о Высшем Разуме, это не научное знание. Данное знание не подлежит развитию, ибо оно получено человечеством не опытным путем, вследствие некоего эксперимента или теоретического обобщения, синтеза имеющихся научных данных. Знание о Боге – Истине существует исключительно на подсознательном уровне и дано человеку в ощущениях, которыми он не в силах управлять. В основе этого знания, надо полагать, лежит, если можно так выразиться, мифологическое мышление.

Следовательно, если учесть, что развитие человеческой цивилизации насчитывает многие сотни тысяч лет и что знание о Боге – Истине никак не связано с уровнем развития научного знания, то было бы наивно полагать, что само это знание о Высшем Разуме, т. е. Истине, пришло к человечеству каких-нибудь 1,5–2 или 3 тыс. лет назад. Выяснение того, какая из религий, будь то христианство, ислам, буддизм, иудаизм, является носительницей знания об Истине, в корне противоречит самой природе Истины, т. к. она не является знанием в научном смысле этого понятия. Вместе с тем, мировые религии рассматривают миссию соответствующих пророков не иначе как кульминацию всего религиозного развития человечества.

При всем разнообразии подходов, отображающих картину мира различными религиозными школами, их всех объединяет одна сущностная особенность. Каждая религия имеет собственную историю, а все вместе они составляют историю религиозного взгляда на жизнь. В то же время, история религии, по-видимому, вещь преходящая, т. к. она занимается изучением того, что некогда было, а в текущее время исчезло, т. е. стало историей. Исходя из того, что история изучает лишь минувшие события, следовательно, в ней нельзя найти Истину, в духовном смысле этого понятия. Более того, религиозные системы, имеющие собственную историю, во многом носят персонифицированный характер (Ману, Моисей, Будда, Заратуштра, Конфуций, Христос, Мухаммад), что, надо полагать, сделало возможным их толкование. Сказанное нашло свое непосредственное выражение в большом количестве разнообразных ответвлений (течений) от мировых религий, по-своему трактующих их теологические основы. Надо думать, конкретно-историческое тело религий делает невозможным их сакрализацию.

Существует очень много определений понятия религия, каждое из которых отражает ту или иную сущностную сторону этого феномена. Общепринятого, удовлетворяющего всех определения данного понятия еще не сложилось. Считается, что само слово религия происходит от лат. religio – «святыня», набожность, благочестие; от лат. religere – собирать, благоговеть, соблюдать, вновь обдумывать [9]. Многочисленные религиозные писания – «священные книги» строго структурированные по содержанию свидетельствуют о том, что внутренний смысл рассматриваемого понятия поддается словесному описанию, через анализ и синтез его составных частей.

Материалы по культуре народа ир свидетельствуют о том, что формирование духовного мира североиранских народов имело свою специфику. В традиционной культуре иров (осетин) божественная космогония, определяющая порядок вещей мироздания, нашла свое воплощение не в религии (дин), а в сакральном понятии агъдау. По Т. Д. Хетагурову агъдау состоит из двух слов уаг (нрав, нравственность) и тау (сеять, распространять). Данное понятие, закрепилось в сознании и подсознании народа ир, пройдя через следующие трансформации: уаг + тау > уагтау > агътау > агъдау. Близким по смыслу понятию агъдау является понятие этика – неписанное учение о морали и нравственности (от греч. этос «нрав, обычай») [10]. Таким образом, агъдау подразумевает не только неписанные нравственные нормы поведения людей, моральные устои общества, но и их распространение, передачу из поколения в поколения. Функциональная взаимосвязь двух взаимодополняющих друг друга начал – знания, как такового и передача этого знания – предопределяет извечную востребованность агъдау в духовной и социальной практике. В доисторических верованиях многих народов мира имя Бога – Творца содержит корень Ир (Ири, Ира). Следовательно ирон агъдау буквально обозначает распространение Божественной Истины (Сути). Поэтому агъдау в отличие от религии охватывает все сферы и уровни человеческого бытия и сознания. Здесь нет места делению на сверхъестественное и естественное. Напротив, здесь все естественно и гармонично.

Подобно тому, как человек непроизвольно вдыхает воздух, подставляет свое лицо лучам восходящего солнца, он также естественно следует агъдау. Для приверженца ирон агъдау сама постановка вопроса о том, верующий он человек или неверующий, является кощунственной и оскорбительной. Это все равно, что спросить у человека, является ли он человеком. Агъдау и вера вещи неразделимые, поскольку без нравственности не может быть и веры в духовном смысле этого понятия. По-видимому, эти начала входят в сознание и подсознание человека на генном уровне, еще в материнской утробе. Трудно не согласиться с тем, что новорожденный ребенок, в силу своей изначальной безгрешности, приходит в земную жизнь глубоко нравственным существом. Он даже понятия не имеет о анагъдау (безнравственности). Постигается же агъдау индивидуумом всю жизнь и для этого не требуется обязательного официального посвящения человека Богу, как это принято в мировых религиях через обряд крещения или циркумцизии. Отсюда следование агъдау позволяет человеку не только сохранить божественную искру, заложенную в нем Создателем, но и реализовать в земной жизни свое высокое предназначение – фыдлты фарн ффылдар кнын.

Вследствие своей изначальной данности агъдау в отличие от религии не имеет исторического измерения. Нельзя определенно ответить на вопрос: «Когда возник агъдау, за счёт каких сил господствует над человеческим сознанием»? Объяснение данного феномена, надо полагать, заключается еще и в бесписьменной, поэтической форме передачи знания о мироздании, нравственных нормах, через мифологические сюжеты устного эпического наследия. В противоположность сказанному, написанное есть дело рук и помыслов человека – существа социального, а значит субъективного. Таким образом, агъдау выступает как симбиоз мифа и поэзии. По-видимому, поэтическая основа «Царциаты таурагъта», «Нарты кадджыта», «Даредзанты кадагта» и явилась тем универсальным информационным носителем, пронесшим агъдау через многие тысячелетия, сохранив его в первозданной форме. В силу этих причин он так и не был никем канонизирован.

В противоположность религиозным учениям содержательную часть агъдау нельзя заключить в религиозные рамки. Объясняется это тем, что нравственность, в силу своей естественной сути идущей от самой Божественной природы, не требует и, самое главное, не терпит уложения в письменные канонические формулировки. В противном случае она (нравственность) перестает быть таковой. Надо полагать, в этом заключается непреходящее значение и необоримая сила агъдау, который изначально выступает в качестве неисчерпаемого источника духовного начала в человеке. Следовательно, агъдау в отличие от религии способствуя гармонизации земной жизни человека, указывает ему путь в Бесконечность, Вечность, Космос. гъдау ирон адймагн ацы дуней цг дунем фндаг амонг у.

Здесь сама форма является носителем содержания, а содержание – носителем формы, и то и другое бесконечно и необъятно по своей естественной, Божественной сути. Поэтому агъдау является глубоко духовным, сакральным понятием, несущим Истину, которая потому и является Истиной, что воспринимается априори на подсознательном уровне. Эта Истина не требует поиска своего словесного эквивалента, а, следовательно, и облачения в привычные для религии догматические формулировки.

Вышеизложенное во многом согласуется с утверждением Гете, согласно которому миф, как и поэзия, отражает то, на чем держится глубинное единство мира, и поэтому он способен постигать Высшую Истину. Следовательно, трансисторический характер ирон агъдау обусловлен тем, что он подпитывается из глубин человеческой истории и традиции.

СООТНОШЕНИЕ АГЪДАУ И РЕЛИГИИ (ДИН)

По представлениям древних, только неписаное слово сохраняет свою божественную силу. Данное обстоятель